ПЛОХАЯ РЕКЛАМА?

ВЫ КРИСТИАН?

Online Store:
  • Visit Our Store

  • ПАРАЛЛЕЛЬНАЯ РУССКАЯ БИБЛИЯ -Иезекииль 3:1
    CHAPTER: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48     
    VERSE: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27



    TEXT: БИБ - БИБ-2   |   AUDIO: АУДИО - MISLR - DAVIS   |   VIDEO: BIB - COMM


    ENGLISH - HISTORY - INTERNATIONAL - РУССКАЯ

    HELPS: РУС - UKR - BULG - POL - ROM - РУС-82 - KYR - BKR - NKB - CROAT - РУС-DARBY - РУС-GEN - РУС-LOP - РУС-MAC - РУС-SIR - РУС-TSK


    Русская 1982 Библия

    3:1 И сказал мне: сын человеческий! съешь, что перед тобою, съешь этот свиток, и иди, говори дому Израилеву.


    Еврейский / Греческий лексикон Стронга
    ויאמר
    559 אלי 413 בן 1121 אדם 120 את 853 אשׁר 834 תמצא 4672 אכול 398 אכול 398 את 853 המגלה 4039 הזאת 2063 ולך 1980 דבר 1696 אל 413 בית 1004 ישׂראל׃ 3478
    Украинская Библия

    3:1 ¶ І сказав Він до мене: Сину людський, з'їж, що знайдеш! З'їж цього звоя, і йди, говори до Ізраїлевого дому!


    Ыйык Китеп
    3:1 Ал мага: «Адам уулу! Сенин алдыңда эмне турса, ошону же, бул түрмөк китепти же, анан бар, Ысрайыл эйүнө айт», – деди.

    Русская Библия

    3:1 И сказал мне: сын человеческий! съешь, что перед тобою, съешь этот свиток, и иди, говори дому Израилеву.


    Греческий Библия
    και
    2532 ειπεν 2036 5627 προς 4314 με 3165 υιε 5207 ανθρωπου 444 καταφαγε 2719 5628 την 3588 κεφαλιδα ταυτην 3778 και 2532 πορευθητι 4198 5676 και 2532 λαλησον τοις 3588 υιοις 5207 ισραηλ 2474
    Czech BKR
    3:1 Tedy шekl mi: Synu иlovмин, coћ pшed tebou jest, snмz, snмz knihu tuto, a jdi, mluv k domu Izraelskйmu.

    Болгарская Библия

    3:1 И рече ми: Сине човешки, изяж това, което намираш; изяш тоя свитък, и иди, говори на Израилевия дом.


    Croatian Bible

    3:1 I reиe mi: "Sine иovjeиji, progutaj љto je pred tobom! Pojedi taj svitak, te idi i propovijedaj domu Izraelovu!"


    Сокровища Духовных Знаний
    VERSE 	(1) - 

    :11,15,17-21; 2:3 Jer 24:1-7


    Толковая Библия преемников А.Лопухина

    1-3

    .
    Господь отвлекает пророка от разглядывания свитка, напоминая ему свое требование съесть его с настойчивостью (“съешь - съешь” = ну съешь же; в слав. 1 раз, ст. 1), и пророк берет свиток в губы (ст. 2), все еще не решаясь проглотить его; но Господь ясно и определенно требует именно последнего (в третий раз). Это в знак, конечно, того, что сообщаемое ему слово Божие он должен внутренне усваивать, как бы претворять в плоть и кровь свою, чтобы потом при проповеди извлекать его изнутри себя и говорить неистощимо. Съев свиток пророк вопреки ожиданию нашел его сладким и не просто сладким, но чрезвычайно, - как мед. Это было знаком того, что слово Божие, которое содержал свиток, всегда бывает для человека “в радость и веселье сердца” (Иер.15:16; Пс _CXVIII_103">Иер XV:16; Пс CXVIII:103), что “бесконечно приятно быть орудием и вещанием Всевышнего и самые тяжелые божественные истины для человека с духовным разумением имеют отрадные и успокоительные стороны” (Генгстенберг). “Съедение свитка не столь странный символ для древности и востока, как для нас. Мы резко различаем между телесной и духовной жизнью и думаем, что питание служит поддержанию только первой; для древнего же человека еда была больше, чем физическое подкрепление; в древней Аравии общение в еде служило началом и для общения в жизни, связывая едящих и в духовных стремлениях; еда - это непосредственное питание крови, которая с своей стороны есть седалище души; припомним, что через вкушение плода с древа райского можно было достигнуть обладания духовными познаниями; можно указать, наконец, и на христианскую идею вечери в царствии небесном” (Бертолет). LXX в 1 ст. не имеют евр. предложения: “съешь этот свиток”, почему его считают глоссой по Иер XV:18, а в 3 ст. вместо “чрева” имеют “уста”, что, вероятно, ошибка переписчика: stomaconstoma

    sou.

    4. Теперь уже Иезекииль посвящен в пророка, почему тотчас слышит из уст Божиих торжественную стереотипную формулу, употреблявшуюся при посольстве пророков (Исх III:10; Ис VI; 8, 9; Иер I:7).

    5. Уже сладость, которую ощутил пророк по съедении свитка и которая показывала ему, что сама проповедь будет давать ему благодатное утешение, должна была успокоить его насчет тяжести его служения; но Господь прибавляет еще, что и отношения его к народу - нельзя сказать, что будут до невероятности тяжелы: ему придется иметь дело во всяком случае не с каким-либо чужим народом, которого и языка он не понимал бы. “С речью невнятною и непонятным языком”; букв. “с глубокими губами (слав. “глубокоречивым”, которые потому говорят тихо) и тяжелым, т. е. тяжело движущимся (слав. “косноязычным”) языком”. Здесь может быть указано на то, что круг слушателей пророка будет лучшая часть иудейского населения (которая именно и переселена была в Вавилонию ним и Иехониею), а не простонародье с своим варварским жаргоном и соответствующим развитием, тогда как в 6 ст. речь о чужих языках и народах.

    6. Кругом деятельности пророка будет не народы иноязычные (как у Ионы) и не целый ряд их, а один родственный народ. Язык - наиболее бросающийся в глаза признак народа (отсюда общее название для того и другого в славянском языке - “язык”), и еврей степень отчужденности и враждебности к себе известного народа измерял мерою непонятности и странности его языка: Ис XXXIII:19. Кроме чисто физического затруднения (“которых слов ты не разумел бы”) такая миссия была бы и нравственно тяжела: ее не воодушевляла бы любовь и духовная близость к слушателям. Но Господь с горечью замечает, что миссия пророка и в столь неблагоприятных условиях имела бы больше успеха, чем среди Израиля. История апостолов показала впоследствии это. “До того дошло уже тогда во Израиле: пророк как бы предчувствует будущего Павла” (Эвальд). Мысль, что от язычников можно ждать меньше худого, чем от Израиля, проводится не раз Иезекиилем: V:6; XVI:27, 48; XXIII:45. - В этом стихе буквально повторены из предыдущего слова: “с невнятною речью и непонятным языком”, без которых легко обойтись и которые ослабляют мысль: “которых слов ты не разумел бы”; почему эти слова считают прибавкой из 5 ст.; их нет в Пешито.

    7. Если тем не менее народ Израильский не станет слушать пророка, то причина этому другая. “Дом Израилев не захочет слушать тебя, ибо они не хотят слушать Меня”. С такою же трогательностью Бог утешал некогда Самуила (1 Цар VIII:7, 8) и Спаситель - апостолов (Лк X:16). Более же глубокая причина этого коренится в природных душевных свойствах Израиля: это народ с “крепким лбом (подобно бодающимся животным; LXX: filoneikoi “непокориви”, потому что читали вместо “мацах” - “лоб” “маца” - “ссора”) и жестоким (черствым) сердцем”. - Несмотря на близость выражения к II:4, мысль здесь другая: здесь характеристика Израиля с психологической стороны, там с исторической (“они и отцы их”).

    8. Упорству народа Бог противопоставит такое же упорство пророка, упорство, конечно, “в благородном смысле истинно пророческого мужества, не позволяющего сломить себя ничем в борьбе” (Эвальд).

    9. LXX читали вместо “шамир” - “алмаз” похожее по начертание наречие “тамид” - “всегда”, а вместо “мацах” - “лоб” “маца” - “ссора”: “и будет всегда крепчае камене дах прю твою”, т. е. крепче камня будет твоя пастырско-пророческая борьба с их упорством.

    10. Ободрив и вооружив пророка на борьбу с препятствиями, Господь напоминает ему о первом условии надлежащего прохождения пророческого служения - внимательном отношении к получаемым откровениям. “Прими сердцем и выслушай ушами” - риторический оборот usteron proteron (заднее впереди) как Ис LXIV:4.

    11. В заключение призывной речи Господа пророку указывается ближайший круг его служения: переселенцы, сыны народа твоего (недостойного уже называться Моим). Следовательно, Иезекииль был не писателем - пророком только.

    12. Повеление идти к Израильскому народу тотчас же и осуществляется на пророке тем, что “дух” поднимает его и, как видно из ст. 14 и 15, переносит в Тел-Авив. Вместе с тем видение исчезает пред ним; но это происходит так, что сам пророк удаляется высшей силой от него, так что оно оказывается сзади его (“позади меня”); как он не из себя произвел видение, так не может он своей волей и удержать его; он находится всецело во власти ранее упомянутого “духа” (см. ст. 2). Объятый духом, готовый начать дорогу, пророк слышит позади себя “великий громовый голос” (букв. голос великого землетрясения), говоривший (слав. “глаголющих”, т. е. животным; в евр. нет): “благословенна слава Господа от места своего”. Кому принадлежал голос не сказано; на основании Откр IV:8; Ис VI:6 думают, что четырем животным, и что с их стороны это была хвалебная или благодарственная за призвание пророка песнь. Подлинный текст производит впечатление, что это был голос самой земли, как бы пришедшей в потрясение, в восторг от остановки на этом месте ее Славы Божией. Голос объяснил пророку кое-что в видении: Шехину, которую бывший священник привык представлять себе во мраке Святаго Cвятых, он видит теперь вне храма; так пусть он знает, что храм не есть исключительное и даже главное место ее обитания; она полнее открывается в другой таинственной области жизни и бытия, где у нее есть более достойные носители, где ее благословляют достойнее, чем “благословен Господь от Сиона” (Пс CXXXIV:21).

    13. Гул землетрясения (рус. пер.: “сильного грома”, ср. 12 ст.) соединялся (отсюда вторичное упоминание о нем в этом стихе) с шумом крыльев и колес у животных видения, не заглушая очевидно последнего, как не менее сильного. Вместе с силою этот оглушительный шум отличался стройностью, так как исходил от соприкасающихся (слав. пер.: “скриляющихся”) крыльев и строго согласованных с ними в движениях колес, что говорило об удалении Славы Господней (ср. X:16, 19; XLIII:2). LXX начинают стих, с так по-видимому не идущего сюда, “видех” (т. е. “глас”), но хорошо подтверждаемого Исх XX:18; Откр I:12, которое, как непонятное, легко могло выпасть из текста.

    14. “И дух поднял меня и взял меня. И шел я”. Нельзя доказать, что это было чудесное перенесение пророка ветром по воздуху. Кроме странности такого предположения, ему противоречит в данном случае и выражение: “я шел”; пророк, следовательно, шел в собственном смысле, но шел объятый духом. Здесь очевидно разумеется то получудесное, полуестественное переведение с места на место, которому подвергались и другие пророки: Илия (3 Цар XVIII:12), Елисей (4 Цар II:11) и даже апостолы (Деян VIII:39). В чем состояло оно, трудно сказать. Это необыкновенное путешествие пророк совершал “в огорчении, со встревоженным духом”; причем то особенное состояние, в котором он был при видении, еще не прошло: “рука Господня была крепко на мне”. “Со встревоженным духом”, в евр. “хамат” apax legomenon; правильнее переводят его: “в раздражении”. Огорчение и раздражение пророка, обыкновенно думают, вызывалось нечестием Израиля. Но это нечестие едва ли для него обнаружилось лишь во время бывшего видения. Посему может быть справедливее объяснять огорчение и раздражение пророка сознавания тяжести предстоящего ему дела и возмущением против сего его человеческой природы; ср. восклицание Иеремии: “не буду пророчествовать”. После призвания к пророчеству мысли одна другой тяжелее должны были являться у Иезекииля: он преемник Илии, Исаии, Иеремии, продолжатель дела их; но можно ли продолжать дело почти погибшее? чего достигли эти великие ревнители Славы Божией своими неимоверными трудами? стал ли Израиль лучше? “они упорны, как отцы их, до сего дня”, сказал об Израиле Сам Господь, пославший его. Недаром для выступления на общественное служение пророку потребовалось еще два откровения, два призвания (III:16 и д. и III:22 и д.). LXX боялись усматривать здесь мысль о каком-либо огорчении и возбуждении: первое понятие они передают “вознесен”, metewroV, т. е. шел полуподнят в воздухе (?), д. б. читая “рам” вместо “мар” (Ватик. код. опускает); а второе - “во устремлении, ????, духа моего”, т. е. с сильной ревностью к проповеди.

    15. “Тел-Авив” не был первоначальным местом жительства пророка до видения, ибо он говорит, что пришел туда, а не возвратился, хотя это селение тоже находилось на реке Ховар, т. е. в области, бассейне ее. Вероятно, в области р. Ховар это была более значительная иудейская колония, в которой было сосредоточено местное иудейское управление, судя по тому, что там находим “старейшин Иудиных” (VIII:1; XIV:1). Без сомнения, такое значение этого города или колонии и было причиной, почему Иезекииль по вообще полученному повелению “идти к переселенцам” не начал проповеди с места, на котором он жил, и где он тоже находился “среди пленников” (I:1), а отправляется для этой цели в Тел-Авив, как Амос из Фекои после своего призвания пошел в Вифлеем, а Иеремия из Анафофа в Иерусалим. Что касается названия и местоположения Тел-Авива, то установлено, что в Ассирии, Месопотамии и Сирии было много местностей и городов с предъименем Тел (Езд II:59 и Неем VII:61) называют возвратившихся в Иудею пленников из Телмелаха и Телхарши, кроме того известны Тел-Бирте, Тел-Базер, Тел-Еда и др. “Тел” по-арамейски значит “холм”, соответствует ассирийскому “тиллу”, ср. араб. “тал” - “куча” “груда”. Особенно часто это название прилагается к грудам кирпича, которые так часто встречаются в развалинах Вавилонии. Вторая же составная часть этого названия “Авив” уже чисто-еврейское слово и значит “колос”. Следовательно, все название будет значить “холм или груда колосьев” (блаж. Иероним), каковое название могло бы говорить о плодородии места. Но соединение в названии арамейско-вавилонского слова с евр. подозрительно; по-вавилонски же “колос” - “субулту”, а слова “авив” совсем нет в вавилон. языке. И невероятно (думает Кречмар), чтобы иудейские пленники поселены были на плодородных местах (замечательно, что Пешито переводит “Тел-Авив” - “холм скорби”), а скорее на громадных местностях с песчаными заносами, которые назывались “тил-абуби” и которые развеяны по всей Вавилонии; на одном из таких безымянных заносов практичный Навуходоносор мог поселить главную массу евреев, чтобы они могли культивировать его; и название его стало впоследствии собственным именем, гебраизовавшись или измененное с намерением, так как позднейшие иудеи могли льстить себя мыслью, что языческий царь Навуходоносор, привлекший к своему двору мудрого Даниила, дал в жилище его собратьям лучший кусок земли, как некогда фараон братьям Иосифа. Созвучный с Тел-Авивом древний город Таллаба 37' широты и 54' долготы слишком на севере для Иезекиилева Тел-Авива и не отвечает установленному в объяснении I:1 положению Ховара, а соответствует прежде допускавшемуся тожеству Иезекиилева Ховара с одним из притоков Евфрата у Кархемыша. LXX не считали слово “Тел-Авив” собственным именем, названием города (вероятно потому что оно стоит без предлога, что действительно странно и шероховато) и перевели “вознесен (от “тала” - “висеть”, т. е. пришел к пленникам носимый духов) и обыдох” (читая вместо “авив” д. б. близкое по начертание “асов” или “савив”, т. е. обошел живущих на Ховаре). - “И остановился там, где они жили”. Трудно объяснимая прибавка, особенно в том виде, какой она имеет в евр. т. “которые жили там” греч. touV ontaV ekei. Может быть, ближайшее определение к “живущим на Ховаре” (там, т. е. в Тел-Авиве). А в том смысле, какой дает ему рус. перевод, это выражение может значить, по-видимому, только, что пророк пришел не вообще в Тел-Авив, а к тому месту его, где жили иудейские пленники; но рус пер., как и слав., читают вместо евр. “ваешер” “и которые” - “вайешев” “и сел”, “седох”, т. е. остановился. - “Провел среди них семь дней в изумлении”. “В изумлении”, по евр. “машмим”, что иначе переводится “в печали” (Езд IX:3, 4; Дан VIII:27). Изумление разумеется от видения; печаль же могла происходить от одной из указанных в объяснении 14 ст. причин. Другие тоже слово переводят: “в молчании” (Бертолет), “в беспамятстве и оглушении” (Кречмар), то и другое от видения (т.о. Иезекииль только медленно приходит в себя от состояния, в которое он приведен видением). LXX это редкое слово переводят: anastrefomenoV, “ходя”, т. е. пророк 7 дней ходил между пленниками, может быть знакомясь с ними и изучая будущее поле своей деятельности. В этом состоянии, каково бы оно ни было, пророк провел 7 дней: у евреев время торжественной скорби продолжалось 7 суток (Иов II:13; Быт ХL:10 и мн. др.); вообще 7 - символическое число, которое прилагается к делам Божиим; а для Иезекииля, как священника, оно имело особое значение по богослужебному применению, например, в отношении обрядовой чистоты, посвящения (Исх ХХIX:29; Лев VIII:33; ср. Иез XXXIX:9, 12, 14). О прибытии пророка в Тел-Авив не могли не узнать его жители (на это указывает замечание “среди них” и чтение LXX: “ходя посреди их”); странным душевным состоянием и видом своим, а может быть и упорным молчанием о происшедшем с ним (о Ховарском видении не замечено, как о других, что оно было тотчас рассказано пророком кому-либо), Иезекииль должен был возбудить удивление и любопытство; а это подготовляло в душах народа почву для восприятия будущих речей пророка.



    CHAPTER: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48
    VERSE: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27

    ПАРАЛЛЕЛЬНАЯ РУССКАЯ БИБЛИЯ

    God Rules.NET